Меню

Infighting.ru — Внутренняя борьба

Сайт психолога Рустама Набиуллина

Записки ошалевшего #7. Совершенство.

– Мои… Мои отец и мать были очень необычной семьёй Конкорда… Вы знаете слово «трансцендентализм»?
– Это немецкая романтическая философия. Надо отбросить все условности и постигать себя через интуицию и опыт… Но это уже не модно…
– Только не в семье Марч… Однако трансцендентализм строится на совершенствовании себя.
– Это не даёт вам покоя?
– Я соткана из недостатков.
Маленькие Женщины (Little Women) (1994)

Самосовершенствование — процесс очень творческий, причем это не карьерный self-made, не личностный рост с точки зрения успешности, а развитие того, что есть в нас доброго и прекрасного, познание своих особенностей и вытачивание из себя человека, с которым нам хорошо. Как-то меня спросили, что такое харизма. Я ответил, что харизма — это умение, прямо вот навык кайфовать от себя так, чтобы заражать этим других. Умение кайфовать от себя так, чтобы другие могли что-то от этого брать, наверное, и есть показатель самосовершенствования человека, признающего общество.

Записки ошалевшего #6. «АнтиСчастье».

Я боюсь смотреть в зеркало. Я постоянно повторяю себе: не может быть, чтобы я был так счастлив. Я болен. У меня бред. Я сошёл с ума и грежу наяву, не подозревая об этом.
Айзек Азимов «Конец вечности»

А ведь так и есть. Мы не то что не верим, что можем быть счастливы, мы бережно храним в себе установки под общим названием «АнтиСчастье». Одни ждут момента, когда все будет идеально, а если в какой-то момент это наступает, то эту идеальность пытаются растянуть во времени, а это тупик. Другие считают, что не имеют права, не достойны и никогда не заслужат этого счастья. Третьи видят его в вещах преходящих, которыми легко обладать, которые легко купить, продать, обновить и т.д. Стоило бы закончить мысль тем, где на самом деле счастье, но у каждого свой ответ. Но, мне кажется, среди прочего, счастье видеть своё счастье и в зеркале.

Записки ошалевшего #5. «Я», с которым мне хорошо.

Самосовершенствование — процесс очень творческий, причем это не карьерный self-made, не личностный рост с точки зрения успешности, а развитие того, что есть в нас доброго и прекрасного, познание своих особенностей и вытачивание из себя человека, с которым нам хорошо. Но это лишь светлая сторона. Самосовершенствование включает в себя и шаг в неизвестность, туда, где мы теряем равновесие, совершаем ошибки и испытываем самые тяжёлые чувства на пике их интенсивности. Главное в этом то, что мы остаёмся с этой частью себя, принимаем её, каждый её осколок, и можем пожалеть и успокоить, когда это нужно, вместе с ней отгоревать все потери и позволить ей быть слабой.

Записки ошалевшего #4. Кастрированность души.

Когда мы видим мужика на огромной тачке, с курантами вместо наручных часов и тяжеленной цепью на шее, невольно приходит мысль, что чего-то ему не хватает. Говорят, что так компенсируется, своего рода, фаллическая недостаточность, выражающаяся в бессознательной неуверенности в себе. Справляемся мы с этим порой довольно забавным способом: увеличиваем то, что можно увеличить, показывая себе и другим, как у нас всего много. При этом особых улучшений не наблюдается, потому что чувство внутренней неполноценности никуда не девается. Так вот, смысл в том, что наши члены растут вместе с нами. Взращивая своё внутреннее «Я», мы обретаем веру в себя, постепенно излечиваясь от ощущения кастрированности души. Душевные раны, конечно, сильнее и глубже, чем физические, в отличие руки или ноги ампутированное «Я» вырастить можно.

Записки ошалевшего #3. Уголок безнадёжности.

Как понять, что вы безнадёжны? Говорят, у безнадёжных людей никогда ничего не получается. А затем, приглядевшись, видим, что один из них(!) создал семью, другой, наконец, привёл себя в форму, а третий — устроился на работу. И абсолютно всё равно, что первый даже в семье не лишился своей никчемности, второй старается решить внутренние проблемы внешними средствами, а третий будет убиваться, занимаясь нелюбимым делом. Вероятно, каждый из нас имеет право на уголок безнадёжности, никчёмности и жалкости в своей душе. И, только приняв и полюбив неудачника внутри, я смогу сделать шаг навстречу себе.

Записки ошалевшего #2. Особая папка.

Не будем скрывать, у каждого из нас в жизни есть своя коллекция исключительных пи*децов: с мамой или папой, бывшими и настоящими, если последние вообще есть. Есть во всей этой картотеке счастья и особая папка — «Пи*децы с самим собой» называется. Далеко ходить не надо: смотришь на себя в зеркало и понимаешь, что вместо довольного, уверенного человека, видишь эмоционально разнузданное тело. Однако, простой улыбки самому себе может быть достаточно, чтобы разглядеть в этой куче неоправдавшихся надежд что-то светлое.

Записки ошалевшего #1. Продолжаем пытаться.

В какой-то момент мы, наконец, понимаем, что даже с нашей крокодильей внешностью мы можем кому-то нравиться, даже с таким ужасным характером, как наш, нас могут полюбить и, несмотря на весь поток грязи, который мы ежедневно выливаем на себя и окружающих нас людей, мы имеем право себя уважать хотя бы за то, что продолжаем пытаться сделать свою жизнь лучше.

Записки Ошалевшего. Насквозь.

Я не люблю, когда меня видят насквозь, особенно, когда видят то, что я не хочу показывать. Может ли быть что-то хуже этого? Конечно! Хуже, когда некто лишь думает, что читает меня, как книгу, но, на самом деле, без страха и упрёка вырывает целые главы моей сущности и бытия, заменяя их своими наспех сочиненными параграфами, которые соответствуют его представлениям обо мне. Может ли быть что-то ещё хуже? И снова да. Когда я привык к тому, что видение меня насквозь по сути является смотрением сквозь меня, когда чужие мысли о себе я воспринимаю, как насилие, навязывание и надзор, у меня не остается ни сил, ни внутреннего пространства, чтобы принять истинный интерес к своей личности. Я попросту не верю, что такое может быть, что возможно принятие без оценки, несогласие без отвержения и увлеченность мной без сторонних выгод. Что же происходит в этом случае? Я бегу, отвергаю, закрываюсь в своем сжатом «безопасном» мирке, в котором успею сам причинить себе боль знакомым привычным способом до того, как это сделает кто-то другой. Я сам навешу на себя все ярлыки, обвиню, пристыжу, унижу, практически убью себя, но всё-таки выживу. Таким образом, я приношу в жертву даже возможности интереса к себе, как к личности, мотивируя это требованиями безопасности и опытом прошлых ошибок. Узнали себя? Нет, не узнали, ведь мы уже знаем, как воспринимаем видение насквозь, но право позволить себе воспринимать иначе всегда остаётся за нами.